Скрытая угроза: "Не при жизни Путина, но это рухнет"

  • 12 марта 2018 05:50
  • Просмотров: 4444
Фото: zen.yandex.ru Фото: zen.yandex.ru

О тревожных тенденциях в отечественной экономике, которая так или иначе подвергается воздействию западных санкций, и перспективах ее развития после выборов президента РФ главный редактор "Правды.Ру" Инна Новикова беседовала с политологом Леонидом Крутаковым.

— За последнее время было несколько очень серьезных поводов снять руководство Центробанка. Но президент сказал, что он все-таки не склонен заниматься перестановками.

— Не было возможности. Вы знаете, тут же в чем проблема? Если ты приходишь с некоторой контркомандой, за тобой стоит контрэлита. А Путин пришел как часть ельцинской команды. Нельзя, находясь в человеческом окружении, в бюрократической машине, действовать как слон в посудной лавке — тебя система сломает.

Он попал в систему, которую надо было очень осторожно и плавно перестраивать, что он с успехом и делает. Я не знаю, насколько можно было больше продвинуть, потому что я не нахожусь внутри ситуации и не знаю, что там. Но то, что он двигает и меняет систему, — очевидно.

На мой взгляд, очевидно, что если в политической плоскости ты позиционируешь себя как суверенное государство, ты должен и в экономическом аспекте должен быть суверенным, то есть самодостаточным, а не частью американского или другого западного проекта. Иначе, сколько бы ты ни говорил о политическом суверенитете, в долгосрочной перспективе ты проиграешь. Потому что финансовые и технологические санкции обхватили страну, как анаконда, и тихонько душат. Они вроде не смертельны, но прижимают, прижимают…

Санкции показали, кто руководит "общим" финансовым рынком, — американцы. Невидимая рука, одетая в перчатку с рисунком звездно-полосатого флага. И если ты не выйдешь из этого проекта и не начнешь создавать свой — социальный, экономический, — а будешь говорить, что в военно-политической сфере мы самостоятельны, а экономически мы часть общего рынка (но он не общий, он американский), то рано или поздно мы проиграем.

Общество — это не машина для зарабатывания денег, это некий социальный паттерн, связи, ценности, скрепы духовные. Экономика — это часть общей системы. И если ты исходишь только из интересов этой части, не учитывая общую систему, то рано или поздно проиграешь. Не при жизни Путина, но это рухнет.

Мы это видели по Советскому Союзу — но там немного другая ситуация, там была построена своя кредитно-денежная система со своими расчетными механизмами, в которой тогда находилось полмира. Но сейчас пытаются то же самое построить. Эти конструкции в рамках БРИКС (с Китаем, Индией, Бразилией, с развивающимися странами) — это та же самая позиция: построить альтернативу западному проекту. На каких принципах она будет построена? Мы тоже не все знаем.

— Вопрос-то — "где деньги, Зин?" — явно не в развивающихся странах.

— Деньги — это не фетиш, не самодостаточная вещь. Деньги — это инструмент решения проблем. У нас как говорят? "Нет денег, поэтому нет проектов". Советская система была выстроена по-другому: есть проект — под него всегда будут деньги. Проекты появлялись не из-за того, что были деньги. Проекты были тем, что нужно осметить и обложить деньгами так, чтобы они начинали работать.

А деньги эти печатало государство — Центробанк. Геращенко говорил: "Если вам сотрудник Центробанка говорит, что у государства нет денег, — значит, он профнепригоден, и его просто надо уволить".

Деньги — это долговые расписки государства, и их исполнение гарантировано государством. И если мы за расчетную единицу принимаем доллар — значит, мы гарантии американской администрации ценим выше, чем гарантии собственного правительства.

— Экономист Евгений Федоров, бывший председатель думского комитета по экономической политике, говорил в эфире "Правды.Ру", что нужно просто напечатать много рублей и раздать людям, чтобы они построили заводы, фабрики, пароходы, сеяли зерно, сажали картошку — и тогда все будет хорошо.

- Это очень упрощенный взгляд. То, что он озвучил, — это же не просто напечатать деньги. Это еще целая институциональная среда, которая обеспечивает контроль за расчетами, за их правильным расходованием. Если просто напечатать денег, я думаю, мы институционально убьем свою экономику.

Мы перешли на западные стандарты, и это неправильно: мы просто не справимся, и нас захлестнет. В этом смысле, как ни странно, прав Кудрин, который говорит, что если деньги, которые хранятся на Западе, привлечь сюда — они все будут разворованы.

— Кудрин прав? Он предлагает такие злостные меры социальные…

— Прав именно в этом аспекте. Чтобы эти деньги сюда поместить, надо понимать — куда, в какие проекты, какой контроль будет за расходованием этих средств.

— Сейчас в каждом регионе очень много проектов, куда можно вкладывать, которые можно развивать. Но проблема — что народ на местах редко может написать бизнес-планы, чтобы взять деньги под эти проекты. Идеи-то есть — нет тех, кто сможет нормально их реализовать.

— Когда региональные проекты предлагаются наверх, они не будут жить самостоятельной жизнью и не получат денег, если не будут вписаны в большой социальный проект, под который печатаются деньги.

Я помогал Николаю Рыжкову работать над одной из его книг. Он пишет в ней, как в советское время проводилось социальное планирование — вплоть до расчетов: допустим, выросла добыча меди, и мировой рынок требует больше меди, нужен перерабатывающий комбинат, где его строить? Смотрят, где у нас людские ресурсы, чтобы обеспечить работу этого комбината, — ага, вот здесь. Но им не хватает квалификации, то есть нужно сначала институт создавать для людей…

Вот это системное проектирование и строительство, проектный подход к экономике. А когда мы говорим, что курс доллара будет такой-то, цена на нефть такая-то, и тогда у нас будет столько-то денег и мы потратим столько-то на дороги — это иждивенческая позиция, а не проектная.

Вот, например, англосаксонская экономика — абсолютно проектная. Это система проектов, нацеленных на долгосрочный эффект с просчитываемыми прибылями и четким контролем за их исполнением.

— Что-то я не слышала, чтобы американцы активно строили предприятия на своей территории. Они же все в Китае производили.

— Это тоже часть проектного подхода, четко просчитанная. Зачем здесь производить, если там рабочая сила дешевле? Здесь мы сделаем офисный центр. В этой конструкции, конечно, они были правы.

Но ведь кризис не в том, что американцы перевезли экономику, — а в том, что Китай и Россия внезапно перестали слушаться США. Вот в чем кризис для американцев. Если бы РФ и КНР продолжали оставаться частью не только экономического, но и политического проекта Соединенных Штатов, кризиса бы не было, все бы развивалось, мировая экономика росла бы. Проблема ее роста — не в том, что у нас не хватает ресурсов, средств и возможностей, а в том, что у нас произошел управленческий дисбаланс.

Pravda.ru