Технология коррупции

  • 20 января 2018 08:14
  • Просмотров: 1903
Фото: Заксобрания Петербурга, assembly.spb.ru Фото: Заксобрания Петербурга, assembly.spb.ru

Воровство и кумовство в коридорах власти расписаны как никогда подробно. Дело обвиняемого в особо крупной взятке петербургского депутата начали рассматривать в суде.

В Красногвардейском районном суде Петербурга началось рассмотрение уголовного дела против бывшего депутата местного ЗакСа Светланы Нестеровой. По версии следствия, с июня 2013 по декабрь 2014 года она получила взятки в размере 4,8 млн рублей. Эту сумму разными долями якобы передавала местный предприниматель Светлана Гасанова, чьи компании «Эдельвейс» и «Солнечный ветер» получали заказы программ для инвалидов и пенсионеров. В законе указано, что НКО могут получать субсидии на возмещение затрат по выполнению общественно-полезных мероприятий. Бюджетные же деньги выделялись по инициативе единоросса Нестеровой (в настоящее время ее членство в партии приостановлено).

Как сообщал Следственный комитет, для исполнения задуманного обвиняемая якобы привлекла двух своих помощников — Веру Шишкину и Татьяну Китову. Обе уже осуждены. В комитет по социальной политике Петербурга предоставлялись недостоверные сведения об объемах и стоимости оказанных по социальным программам услуг. Изначально Нестеровой было предъявлено обвинение в мошенничестве, которое впоследствии переквалифицировали на получение особо крупной взятки.

На первое заседание в Красногвардейский суд экс-депутат пришла, облачившись во все черное. Журналисты с трудом уместились на местах для слушателей. Начал прокурор Андрей Шибков.

 — Осознавая противоправность своих действий в качестве незаконного обогащения обвиняемая решила получить взятку от Гасановой, — монотонно говорил он.

  — Обвинение понятно, свою вину не признаю в полном объеме, — ответила Нестерова, когда судья Наталья Козунова задала ей соответствующий вопрос.

 — Мы с обвинением не согласны. В ее должностные обязанности не входили те действия, в которых ее обвиняют. Она не могла повлиять на распределение денежных средств из бюджета Петербурга. Этим занимался комитет по социальной политике, — отрезала ее адвокат Анастасия Черемчук.

Первой в зал пригласили бывшую помощницу обвиняемой Татьяну Китову. За мошенничество с бюджетными деньгами она уже получила 4 условных года со штрафом в 100 тысяч рублей. Теперь женщина безработная.

 — Я работала с избирателями, слушала их чаяния, желания, вела приемы, отвечала на письма граждан. Мое рабочее место было на улице Малыгина, где находилась приемная депутата Заксобрания, — начала Китова.

 — Знала ли подсудимая о социальных программах, которыми занимается Гасанова? — начал допрос обвинитель Шибков.

 — Конечно знала, — трижды ответила свидетель.

— Без Светланы Николаевны ни одно решение не выходило из кабинета, и она всегда знала и решала все вопросы.

Впрочем, по словам Китовой, все программы для инвалидов и пенсионеров исполнялись надлежащим образом. Жители Красногвардейского района были довольны и экскурсиями, и обедами, и различными праздничными программами. А им не уставали напоминать — такое раздолье благодаря Светлане Нестеровой.

 — Все жители знали, какой у нас депутат. Писались письма для жителей, говорилось, что вот депутат для вас такие программы делает хорошие, — вспоминала Китова.

Прокурор перешел к главному.

 — Вы лично или Шишкина могли влиять на распределение денежных средств?

 — Нет, все происходило только с одобрения Светланы Николаевны. Без депутата ничего не решалось.

По словам Китовой, весной 2012 года Нестерова через свою помощницу сообщила Гасановой об острой потребности в деньгах. Через два года в городе должны были пройти выборы в Заксобрание.

 — Просьба Светлана Николаевна заключалась в том, что на выборы нужны денежные средства, и правила игры Гасанова знает, — заявила Китова.

 — А что значит «правила игры»? — уточнил прокурор.

 — Ну это я не знаю. Сумма передавалась частями, раза три-четыре, в зависимости от поступления денег. Не могу конкретно вспомнить. На Малыгина пришла Гасанова, передала конверт для Светланы Николаевны.

 — А вы пересчитывали деньги?

 — Ну конечно. Там было порядка 500 тысяч. Я их пересчитала и положила в сейф.

Деньги, уточнила Китова, передавались и Гасановой. Причем происходило это осенью 2016 года в офисе «Единой России» на Конногвардейском бульваре.

 — В 2015 году Гасанова проводила экскурсии на свои деньги без возмещений из бюджета. В итоге она пришла и сказала, что она в долгах и денег нет, а договор с ней не заключат. А люди съездили в Москву. И попросила помочь ей возместить. А у Светланы Николаевны оставались деньги с выборов. Деньги были положены в ящик, мы с Нестеровой вышли из кабинета. И она их взяла, — описала схему Китова.

 Слово взяли адвокаты.

 — Можно все-таки подробнее по поводу поправок? Вы саму депутатскую поправку видели когда-нибудь? — поинтересовалась Анастасия Черемчук.

 — Ее никто не видел вообще, она же в денежном эквиваленте, — осадила ее свидетель.

 — Но лично вы разговаривали с представителями комитета по соцполитике о продвижении фирм, которые поддерживала Светлана Николаевна?

 — Лично я — нет.

 — А у вас когда-нибудь имелись бланки Законодательного собрания с подписью Нестеровой? — уточнила второй адвокат экс-депутата Инна Городинская.

 — У меня — нет.

Между тем, в материалах уголовного дела есть документы, свидетельствующие о том, что при обыске у Китовой подобные бланки все же были найдены. На пустых документах имеется подпись Нестеровой.

 — Зачем вам эти пустые бумаги с подписью Светланы Николаевны?

 — Не знаю, не могу ответить, — слегка смутилась свидетель.

 — Скажите, а вас не удивило, что депутат высказывает такие незаконные требования к Гасановой?

 — На этот вопрос я отвечать отказываюсь! — вскипела свидетель.

 — Вы не можете отказаться отвечать на этот вопрос, вы дали подписку, — пригвоздила ее судья Козунова.

 — Нет, меня это не удивило.

 — То есть для вас это нормально?

 — Нет, меня это не удивило, — повторила Китова.

 — А вы лично мне передавали денежные средства от Гасановой? — слово взяла сама Нестерова.

 — Я лично передавала, — процедила Китова.

 — Какие точно суммы?

 — Я еще раз говорю, что не помню, — по буквам продекламировала свидетель.

Здесь стоит отметить, что уголовное дело против Светланы Нестеровой началось с показаний Татьяны Китовой и Веры Шишкиной. Защита утверждает, что женщины по удивительной причине пришли в Следственный комитет почти одновременно. И практически одновременно заявили о преступлении своей бывшей начальницы.

 — Для чего вы написали заявление на Нестерову? — спросили защитники.

 — Мне показалось, что так будет правильно, — уверенно ответила свидетель Китова.

 — То есть вам одновременно пришла одна и та же мысль в голову! Вас не удивляет это?

 — Нет меня это не удивляет, — повторилась Китова.

Избирательная память свидетеля продолжала удивлять присутствующих. Китова не смогла вспомнить точных сумм, переданных через «выборный сейф», хотя на стадии следствия говорила про «около миллиона рублей». А однажды назвала сумму взятки точную буквально до рубля.

 — В сейфе-то вашем драгоценном только деньги Гасановой хранились? — наконец не выдержала судья Козунова.

 — В сейфе? — не поняла свидетель.

 — Ну не знаю, может вы в тумбочке храните!

 — В сейфе были деньги Гасановой, но предназначались они на выборы. И хранились там достаточно большие средства.

 — Мне все-таки непонятно, как вы можете объяснить, что вы помните суммы потом, через год? Причем вспоминаете суммы до копейки просто. Это какое-то устройство памяти?

 — Да.

 — Так, а, может быть, вам следователь все подсказал?

 — Нет, следователь мне ничего не говорил! — безнадежно отчеканила Китова.

На этом и разошлись. Но к свидетелю осталось так много вопросов, что ее допрос решили отложить на будущее.

Илья Давлятчин, ИА РосБалт


Наш канал в Telegram