Нынешние президентские выборы — это последний смотр старых вождей и всей нашей партийной системы

  • 23 января 2018 07:41
  • Просмотров: 2145
Фото:  FreeImages.com Content License Фото: FreeImages.com Content License

На очередном заседании Политклуба «Росбалта», состоявшемся в московском пресс-центре агентства, эксперты попытались спрогнозировать судьбу системных российских партий, а также что может предложить на их замену гражданское общество.

Наиболее актуальными представляются в этой связи вопросы, касающиеся эволюции партийной системы в России в предстоящем избирательном цикле. Разговоры о возможном развале одних парламентских партий и/или слиянии их с другими и раньше поднимались достаточно регулярно, однако, как убеждены практически все эксперты, принявшие участие в дискуссии, эти изменения произойдут почти наверняка в ближайшие шесть лет, до завершения следующего срока полномочий президента РФ.

По словам политолога, профессора Высшей школы экономики Николая Петрова, системные партии России находятся в кризисе, а «президентские выборы — это последний политический смотр старых вождей и всей этой партийной системы, поскольку смена их лидеров, многие из которых перешагнули 70-летний рубеж, очень серьезно может сказаться и на всей системе». Говоря, например, о ЛДПР, эксперт отметил, что «это такая партия, в которой, как только ее бессменный лидер Владимир Жириновский уйдет на пенсию, заменить его будет некем».

В то же время, считает Петров, КПРФ в меньшей степени подходит под определение лидерской партии, в связи с чем, отход от дел ее нынешнего лидера Геннадия Зюганова «не повлечет за собой ее глубокий кризис». С другой стороны, он обращает внимание на то, что на президентскую кампанию партия выставила Павла Грудинина — кандидата, даже не являющегося членом КПРФ. «Тот или иной результат Грудинина на выборах может очень серьезно повлиять на будущее Компартии», — полагает политолог. Он напомнил, что уже много лет ведутся дискуссии на тему, а не пора ли КПРФ преобразоваться в некую социал-демократическую структуру.

По мнению Петрова, «Справедливая Россия» также «потеряла пар, энергию и трудно представить, что она переживет еще один электоральный цикл». Так что после схода с политической сцены РФ «эсэров» и либерал-демократов Жириновского, «остаются КПРФ и смутное облако, которое называется «Единой Россией», — отметил политолог.

Однако главная проблема, полагает эксперт, «связана не столько с кризисом партий, сколько с кризисом всей политической системы РФ. Дело не в том, что у нас нет проектов, которые могли бы развиваться в политические партии, а в том, что этим партийным структурам не отведено никакой роли в политической системе. Пока это будет так, трудно представить, что из бутафорских структур партии превратятся в сколько-нибудь серьезные политические конструкции».

 Принявший участие в дискуссии политолог, генеральный директор агентства «PR-3000» Станислав Радкевич отметил, что «мы живем в странноватой стране, в которой формально насчитывается 80 партий, но на самом деле нет ни одной». По его словам, в какой-то степени термин «партия» можно применять по отношению к «Единой России», однако в реальности и там далеко не все идеально. Сославшись на свой опыт работы в регионах, Радкевич рассказал, что даже в правящей в России партии «на уровне земли» нередко преобладают явные приписки. В частности, по его словам, в одном из регионов из 2000 формально числящихся там членов ЕР не смогли набрать и 10 человек для участия в уличных пикетах. Он также согласился с Николаем Петровым в отношении недалекого будущего «Справедливой России», сообщив, что даже на последних выборах, по его данным, она смогла пройти в Госдуму только при помощи «старших товарищей» из «Единой России», «пожертвовавших справедливороссам 18 округов. В противном случае они не получили бы проходного процента».

Политолог, член Совета Конфедерации труда России Павел Кудюкин согласен с тем, что «трудно обсуждать вопросы партий в политической системе, где они не нужны». По его словам, поскольку партии в России не формируют исполнительную власть, «у них отсутствует и их нормальная политическая функция». Парламентская оппозиция в России сегодня не играет даже роли сателлитов правящей партии, которая была у партий стран так называемой «народной демократии», входивших в контролируемую Советским Союзом организацию Варшавского договора, добавил эксперт.

При этом Кудюкин высказал большие сомнения в отношении готовности КПРФ эволюционировать в сторону социал-демократии. По его словам, это «партия инерционная и инерции ее хватит надолго». Он заявил, что не верит «ни в какую социал-демократизацию КПРФ, хотя бы потому, что подобная идея исходит из представления о том, что это коммунистическая левая организация». По мнению политолога, российская Компартия «давно стала правоконсервативной, балансирующей на гране фашизма партией». В связи с этим, он полагает, что «эволюционировать она может или уж совсем в фашизм, или в чуть более цивилизованный консерватизм».

Также весьма сомнительной представляется Кудюкину возможность становления у нас двухпартийной системы. Вероятнее всего, считает он, в России в обозримом будущем может возникнуть «полуторапартийная система», в которой сопернику партии власти никогда не дадут победить на выборах.

В целом же, перспективу развития какой-то более или менее настоящей партийной системы в России эксперт связывает «только с глубоким социально-политическим кризисом, который заставит переформатировать всю политическую систему страны». Пока же из несистемных партий «наиболее реальной» ему представляется незарегистрированная Партия прогресса Алексея Навального.

Что касается левого фланга, то формированию там политических организаций из существующих низовых социальных движений, по мнению Кудюкина, сегодня мешает то, что они «как черт ладана» боятся слова «политика».

Политолог Виталий Камышев отметил, что с точки зрения власти в России сегодня «никакого кризиса партийной системы нет». Он так же, как и Кудюкин, скептически относится к перспективе преобразования КПРФ в социал-демократическую организацию. Вместе с тем, эксперт уверен, что при нынешнем ухудшении экономического положения, когда, по его данным, в стране голодает 20 млн человек, «политизация социальных движений неизбежна, хотя власть очень сильно сопротивляется этому».

И все же такие низовые процессы в обществе, считает Камышев, «будут идти, потому что невозможно помочь себе просто криками отчаяния». Однако на сегодня, по словам эксперта, «из этого ничего не вырастает, потому что люди не имеют навыков самоорганизации и нет структур, которые бы им реально помогали».

Тем не менее, все надежды на реформирование российской партийной системы он связывает «только с низовыми социальными движениями и с созданием какой-то более прочной консолидированной политической базы, которая конвертировала бы эти протесты в давление на власть».

В свою очередь, руководитель Центра экономических и политических реформ Николай Миронов считает, что само слово «протест» «в значительной степени существующим социальным движениям навязано государством». По его словам, даже когда люди для решения своих социальных проблем начинают применять такие вполне разрешенные формы самоорганизации, как собрания, митинги и даже просто коллективные обращения, «власть начинает воспринимать это как опасность для себя, и сразу же видит в этом политизацию, хотя не всегда она в таких вещах есть».

Вообще, слово протест сегодня многими социальными группами воспринимается негативно, при том, что далеко не все они действительно готовы протестовать, говорит Миронов.

Что касается попыток взаимодействия партий с социальными движениями, то проблема в том, уверен он, что «все партии всегда заходят в социальные движения с какими-то своими условиями и просто пытаются возглавить протест». При этом, как отмечает эксперт, никто не ставит вопроса о реальной помощи этим движениям.

Вместе с тем, Николай Миронов подчеркнул, что «потенциал у социальных движений был, есть и всегда будет, потому что в народе всегда много активных людей, обеспокоенных социальными проблемами и жизнью в стране в целом». По его словам, «когда представители социальных движений говорят, что они не хотят политизироваться, это означает, что они не хотят поддерживать действующих политических игроков. Но это не значит, что они вообще не будут выдвигать никаких политических требований. Они готовы объединяться. Другое дело, что пока их повесткой не займутся политические субъекты, которые будут ставить целью не свою кратковременную раскрутку, а решение социальных проблем людей, ничего подобного происходить не будет».