Абаканский суд выявил случаи фрагментарной ксеноглоссии

  • 07 декабря 2018 15:52
  • Просмотров: 1994
Абаканский суд выявил случаи фрагментарной ксеноглоссии

19rus.info продолжает информационное сопровождение судебного процесса по уголовному делу в отношении Алексея Майнагашева, Дмитрия Медведева, Андрея Макущенко, Юрия Юркова, Артема Храмцова и Степана Тюкпеева.

Напомним, в прежнем материале сообщалось о претензиях защиты к секретарю судебного заседания Марине Аракчаа по поводу оформления телефонограммы, в которой зафиксирован ее разговор с таинственно исчезнувшим из здания суда потерпевшим Сардором Анартаевым. Сама Марина Аракчаа по предложению судьи хладнокровно подтвердила, что ее телефонный звонок Анартаеву зафиксирован в точном соответствии с его содержанием. Данные объяснения устроили только гособвинителя и судью. Защитники же начали судебное заседание 6 декабря с отвода председательствующему судье его секретарю и прокурору. Мотивируя заявленный отвод, адвокаты указали на признаки согласованности в действиях судьи Ивана Степанкова, секретаря Марины Аракчаа и прокурора Елены Васильевой, которые направленных на неправдоподобную имитацию причин, препятствующих завершению начатого допроса потерпевшего Анартаева.

Защитники пришли к выводу, что судья, секретарь и прокурор не могут не осознавать, что буквально описанный в телефонограмме диалог, якобы состоявшийся между секретарем и потерпевшим, не имеет ничего общего с реальностью. Адвокаты напомнили, что судья Иван Степанков сам назначил потерпевшему Сардору Анартаеву переводчика, который в суде осуществлял русско-узбекский (узбекско-русский) перевод. Все наблюдали, что Анартаев ни слова не понимает на русском языке и уж тем более не может на нем изъясняться. Об этом он сам сообщил суду через своего переводчика.

Однако из буквального содержания телефонограммы следует, что Марина Аракчаа позвонила Сардору Анартаеву и на русском языке произнесла следующие слова: «По уголовному делу в отношении Майнагашева, Медведева, Макущенко, Храмцова, Юркова, Тюкпеева 4 декабря 2018 года в 9 часов 30 минут состоится судебное заседание. Судом вы вызываетесь по ходатайству стороны защиты для проведения дополнительного допроса в качестве потерпевшего». И что самое удивительное Сардор Анартаев ответил ей следующими русскими словами: «Я не смогу принять участие в судебном заседании, так как уезжаю в Казахстан, в городе Абакане находиться не буду. Когда в следующий раз приеду на территорию Российской Федерации, пояснять отказываюсь. Сообщать сведения о своем текущем местонахождении я отказываюсь, заявление представлю в суд». Защитники указали, что телефонограмма, оформленная Мариной Аракчаа, не содержит сведений об использовании говорящими в описанном телефонном разговоре словесных конструкций на узбекском языке и отказались верить этому документу.

Здесь будет уместным вспомнить, что во время допроса Анартаева в суде уже исследовался документ с похожим содержанием. Это протокол его допроса который, со слов высокопоставленного полицейского Александра Решетнева, был получен в Казахстане от казахского следователя в рамках выполнения международного следственного поручения. В этом протоколе тоже зафиксирована странная просьба Анартаева допрашивать его на русском языке, адресованная казахскому следователю во время допроса в Казахстане. Правда, с данным протоколом Александр Решетнев привез из ближнего зарубежья не только эту странность, но и следы его фальсификации…

Итак, остается загадкой, почему в судебной телефонограмме, как и в, мягко говоря, сомнительном протоколе Анартаев прекрасно понимает русский язык и даже способен на нем свободно изъясняться. При этом он ничего не понимает по-русски, когда его допрашивают о чем-либо в зале суда.

Судья Иван Степанков, выслушав очередное письменное ходатайство об отводе, традиционно разъяснил, что отвод себе он воспринимает всего лишь как возражение, не влекущее обязанность принимать решение. При этом судья квалифицировал данное ходатайство в части отвода своему секретарю и прокурору все же как заявленный им отвод, но также подлежащий оставлению без рассмотрения.

Сложно сказать, насколько данные события соотносятся с обыденной практикой рассмотрения уголовных дел судьями Хакасии, но мы видим, что судью и прокурора абсолютно не волнуют последствия того, что мы наблюдаем.

Как будут развиваться дальнейшие события, покажет время.

Мы следим за развитием событий и готовы предоставить представителям следственных и надзорных органов, адвокатам и иным желающим, возможность изложить аргументы своей позиции по обсуждаемой теме.