Владислав Никонов: Это не моя война

  • 13 апреля 2018 07:18
  • Просмотров: 3794
Фото: Abakan.bezformata.ru Фото: Abakan.bezformata.ru

На предвыборную губернаторскую кампанию в Хакасии осталось очень мало времени. Она еще не объявлена, но подспудная борьба уже вовсю ведется.

Пока действующая власть призывает шаманов, чтобы они помогли удержаться еще на один срок, у электората в республике есть стойкое желание поменять политический расклад. И у Виктора Зимина, будем надеяться, будут серьезные конкуренты на выборах — в этом интрига губернаторских выборов в республике.

Один из них отлично известный — бывший серый кардинал, руководитель зиминской администрации Владислав Никонов. Он, впрочем, эту администрацию и создавал. А гением его политтехнологий стал проект партии «Коммунисты России», которая имеет представительство в респарламенте.

Г-н Никонов покинул расстрельное место рядом с главой Хакасии в феврале 2014, интрига ухода остается нераскрытой. До сих пор отношение к нему в медиапространстве сохраняется как уважительное.

- Владислав Анатольевич, знаем, что вам небезразлична судьба Хакасии. Пойдете на выборы?

- Конечно пойду, если предложат. Не предложили. Вернее, не предложили серьезно.

- От кого вы ждете предложения и что значит «серьезно»?

- Серьезно - когда предлагает тот, кто реально может помочь. В нашем случае это министр обороны. Остается еще его величество ИЗБИРАТЕЛЬ. Про такой расклад уже забыли.

- Но тогда зачем вся эта суета?

- Думаю, что на сегодняшний день это больше провокация с целью выявить врагов. Либо для хайпа, как сейчас модно говорить. Чтобы была интрига в выборах.

- Сами вы готовы «открыть забрало»?

- Сразу напрашивается рифма Открыть забрало – получить по… забралу. Многие в Хакасии меня недолюбливают, но идиотом мало кто считал. Уж позвольте… Открыть забрало и вступить в войну? С министром обороны который, пока еще, Слава богу, о моем существовании не знает…? Заставить проявиться всех… Зачем? Моих друзей и так до сих пор преследуют в Хакасии. И даже не друзей, иногда просто «по подозрению». Врагов ловить уж как-нибудь без меня.

- А министр обороны здесь причем?

- Не надо притворяться дураками, все мы знаем, каково «значение» и «назначение» Хакасии. И в чьей орбите влияния она находится. Никто не позволит избираться здесь кому попало. НИ- КО- ГДА.

- Но с этим еще поспорить можно. А вы как думаете, лично у вас есть шансы избраться?

- Конечно. И фильтр я пройду с большим запасом, и изберусь без особых проблем.

- Смело. Вы себя не переоцениваете?

- Я себя не переоцениваю. Я вообще не о себе говорю. Говорю о чудовищном протестном потенциале, который имеет место. Об абсолютном отрыве от реальности действующей администрации и власти в целом. Результат президентских выборов,тому яркое подтверждение. И потом, я же все-таки эту систему создавал и работал в ней. До сих пор знаю, что в ней происходит. Кто, в каких кабинетах, кому и что говорит. Знаю, как система себя поведет. К сожалению, поведет она себя наихудшим образом. Самым неправильным из возможных.

- Вы просто не любите систему?

- Констатирую факт. На протяжении времени, какое я наблюдаю, власть в республике принимает очень разрушительные для себя решения. И сейчас, вместо того чтобы разговаривать, будут давить и плющить. Не пропустят ни одного серьезного оппонента. И результат у кандидата от власти будет натянутый, а потому – скандальный. В целом один из вариантов так и выглядит – за руку проводятся через муниципальный фильтр все кандидаты. Основной и остальные.

- Разве в свое время вы сами этим не занимались?

- Было, не спорю. Но я не только этим занимался. И не настолько уж бездарно. Все познается в сравнении, знаете ли. Многие из тех, с кем раньше были разногласия, сейчас ждут меня в Хакасии. Контраст, говорят, очень уж ощутимый.

- Так в итоге непонятно – идете вы на выборы или нет?

- Еще раз: я на сегодняшний день не выдвинут и даже не получил серьезного предложения. При всем уважении к тем, кто сделал мне предложение выдвинуться – они не совсем представляют, что происходит и совсем не имеют веса. Ни аппаратного, ни электорального. Я никого не прошу меня выдвигать или поддерживать. Надо отдавать себе отчет в том, что делаешь. Любой, кто сейчас покажется - пострадает. Но если сами люди примут для себя такое решение, депутаты, главы, бизнес, и его озвучат, я сделаю все, чтобы они подставились не напрасно. Такое предложение – это не диванный треп в интернете, его нельзя не принять. Однако уже сейчас идет превентивная обработка муниципальных депутатов, чтобы не дать мне пройти муниципальный фильтр. И уже сейчас эта обработка дает прямо противоположный эффект. И более того, люди, которые меня давно забыли, или вообще не знали, начинают задумываться и обсуждать.

- И вы думаете, что фактически чужого для республики человека выдвинут и изберут?

- Я не это утверждаю. Изберут того, кто не будет ставленником действующей власти. На протесте, как в Иркутске и Новосибирске. А ситуация в Хакасии острее, чем там.

- Почему вы так уверены в победе? И вообще, есть ли у вас чисто профессиональные компетенции для руководства регионом?

- Это уже два вопроса. Повторюсь, я уверен не в своей победе, а в четко артикулированном запросе на смену власти в республике. Этот запрос значительно более жесткий, чем в 2009 году. Люди выберут кого угодно, только не действующего главу и не его ставленника.

Что касается компетенций – «их есть у меня». Посмотрите на череду «молодых технократов», назначенных в ряде регионов исполнять обязанности и избираться губернаторами. Некоторых знаю лично и прекрасно знаю кто, с каким опытом и откуда. И в этом достойном, безусловно обществе я по компетенциям точно не последний. В конце концов, Алексей Иванович Лебедь однажды сказал действующему главе, что тот, мол, не готов еще. И ничего – 9 лет человек управляет. Вот чего нет - так это близких друзей, которые рекомендовали бы президенту меня назначить.

- И опять нет прямого ответа.

- Куда еще-то прямее? Еще прямее куда? Я прямо вижу, как страдают от любопытства те, кто попросили задать этот вопрос и выудить прямой ответ. Вот ответ: знаю, что ведутся кулуарные разговоры о том, чтобы меня выдвинуть. И собирается инициативная группа из граждан и депутатов, чтобы сразу пройти фильтр. Я бы очень не хотел, чтобы так произошло. Во-первых, люди подставятся, а во-вторых, у меня другие планы, В-третьих, даже если это произойдет и будет выдвинут объединенный кандидат, московские руководители партий отменят эти решения. Поэтому я не участвую в этой, как вы ее назвали, суете.

- Повторю, что нужно быть своим для республики.

- Я и не претендую. Выдвинут другого, тоже правильно. Выдвинут технических, заведомо слабых кандидатов, - получат то, что было.

- Также как вы в 2013-м?

- Нет. Не как в 2013-м. Сегодня реально возможна победа технического, заведомо более слабого кандидата. Повторю – протест очень жесткий. Несмотря на то что Москва не пропустит никого реального, может на протесте пройти ну… практически любой, как бы нелепо это не звучало. Конечно, есть способы остановить дерзеца, если тот начнет слишком уж резво вырываться вперед, но откровенного админ-давления не потерпит Москва. И конечно, становится реальным ранее не представляемый сценарий бойкота.

- Неужели бойкота? Отказа избирателя от участия в выборах? Это наоборот интересно власти?

- Не так. Избиратель в день голосования ничего не решает. Все уже решено. Один спортсмен говорил: «Все гонки выигрываются на берегу. На воде гонку можно только проиграть». Так и здесь. Политика делается до начала выборов. Выборы это уже шоу с понятным итогом.

В этих выборах все решают избиратели, действительно наделенные правом голоса – а именно – муниципальные депутаты. Их бойкот может сделать выборы недействительными.

- Очень непонятно вы выражаетесь.

- Есть математическая, а есть политическая реальность. По математической реальности, существует вероятность что 500 муниципальных депутатов бойкотируют участие в выдвижении, если они будут думать, что выдвиженцы недостойны. По политической реальности 2013 года, это было невозможно. От слова «Совсем», как сейчас говорят. По сегодняшней экономической и политической реальности, это становится все более представимым. Угроза ягод, тушенки и концентрации бабушек сильно людей изменила. Муниципальные депутаты, которые раньше жили под девизом «Мы ничего не можем сделать», сегодня говорят: «Мы можем ничего не сделать». Кто может заставить пойти к нотариусу?

- То есть будет один кандидат?

- Именно.

- Это невозможно!

- Согласен.

- Кто, по-вашему, мог бы быть реальным оппонентом?

- Буреев, Шавыркин, навскидку… наверное, еще несколько человек.

- Почему не Иванов? Не Ромашов?

- При всем уважении, Олег не тот человек, который сможет вписаться в систему. А Владимир Михалыч – не тот, который захочет это делать.

- Понятно, что опять ничего непонятно. На выборы выдвигать вас не надо, а надо Буреева… Как-то сложно все.

- Просто все. Я не хочу лететь в Хакасию. Тратить время и деньги на почти бессмысленную борьбу. Это не моя война. Я уверен, что Дмитрий Буреев сможет это сделать не хуже. А Валерий Васильевич Шавыркин так и гораздо лучше. Но если приглашение трехсот муниципальных депутатов действительно существует – я его приму, даже несмотря на то, что решения региональных партийных отделений будут позднее отменены.

- Не побоитесь?

- Очень побоюсь. В такой ситуации, знаете ли, и побояться не зазорно. Очень надеюсь, что предложение сделают не мне.

- И напоследок: что вы скажете про Зимина?

- Я ничего не знаю о нем. Тот ВМ, с которым я работал, и нынешний ваш руководитель – разные люди.

Беседовал Петр Толстов